15-12-2013
Андрей Бабушкин: «Декоративная амнистия»
 
Андрей Бабушкин: «Декоративная амнистия» Декоративное – это не всегда плохо. Декоративные цветы. Декоративное оружие. Декоративные оградки. Красиво. Ласкает глаз. И что самое главное – не опасно! Смысл декоративного состоит в том, что в конфликте между формой и содержанием предпочтение отдается форме. Но делается это так, что до последнего момента ответ на вопрос – что в приоритете у автора - форма или содержание, является неочевидным.

Нам предложен проект декоративной амнистии. Амнистии, по которой освободиться из мест лишения свободы должно всего лишь 1335 человек. В отношении 5920 человек могут быть прекращены уголовные дела. Можно с большой долей вероятности предположить, что тысячи полторы из них находится под стражей. Суммарный итог амнистии 2013 года: примерно 2800- 2900 освобождаемых от наказания. В стране, где на 1 ноября 2013 года в СИЗО, ИК, ВК и тюрьмах содержится 681 тыс. чел. 2,9 человек, это – 0, 425 % процента. Количество тех, кого планируется освободить – меньше, чем количество заключенных, которые в СИЗО Москвы и Московской области из-за перелимита не обеспечены спальными местами.
Традиция декоративных амнистий насчитывает уже более 10 лет. Последняя широкая амнистия в нашей стране – амнистия 26 мая 2000 года позволила выйти на свободу 206 тысяч человек. Амнистия 30 ноября 2001 года коснулась только женщин и несовершеннолетних (31913 человек). Затем объем милосердия падает: амнистия от 6 июня 2003 года в честь принятия Конституции Чечни – 34 человека. Амнистия от 20 апреля 2005 года к 60- летию Победы - 210 человек. Амнистия от 19.04.06 к 100- летию Государственной Думы - 1408 человек. Амнистия от 26 апреля 2010 года к 65- летию Победы – 49 человек. Таким образом, за 10 лет, с 2002 года по 2012 год, по амнистии из российских учреждений УИС освободилось 1747 человек, что в 118 раз меньше, чем по одной – единственной амнистии 27.05.2000.
Но, может быть, на отлично срабатывают другие институты досрочного освобождения от наказания, и добросовестный заключённый вполне способен обойтись без милосердия власти? Статистика ФСИН России не позволяет сделать такой вывод. Так, если в 2002 году условно – досрочно из мест лишения свободы освободилось 134 тыс. человек, в 2004 году – 160 тыс. человек (абсолютный рекорд за последние 20 лет), то в 2007 году- 125 тыс. чел., в 2011 году – 108 тыс. чел., а в 2012 году – всего лишь 93,1 тыс. человек.
Стремление освободить по амнистии женщин, детей, инвалидов и пенсионеров достаточно похвально, но отнюдь не бесспорно. Например, некий человек, ныне пенсионного возраста, так хорошо заботился о безопасности труда, что пол дюжины его работников отправились на тот свет (ч. 2 ст. 143 УК РФ). Попадает ли этот человек под амнистию? Оказывается - попадает. В варианте, разработанном СПЧ, рассчитывать на освобождение этот чудесный человек не мог, так как освобождению не подлежали виновные, от чьих действий наступили необратимые последствия.
Человека путем издевательств довели до самоубийства (ст. 110 УК РФ). Освобождается ли виновный? Разумеется, так как барьерный пункт постановления № 10 никаких препятствий для этого не создает.
От неосторожных действий виновного погибло, например, пять человек (ч. 3 ст. 109 УК РФ). Какие барьеры для амнистирования этого человека предусматривает 10-й пункт проекта постановления? Снова же, ровным счётом никаких.
Сотрудник полиции пытал задержанного, оперативник при помощи электрошокера уговаривал арестованного «вспомнить», как он вместе с Ф. Каплан стрелял в Ильича, следователь лупил подследственного всей мощью томика УК РФ с комментариями в жёстком переплете. Если им стукнуло 60 или они побывали в чеченской командировке - их амнистированию будет зеленый свет.
Ну а что ждет того, кто передал своему знакомому сигарету с марихуаной? Или того, кто хранил наркотическое средство героин весом 1 грамм для личного потребления? Или того, кто после драки со знакомым забрал у того мобильный телефон? Или того, кто пытался украсть из магазина коробку конфет, но будучи замеченным охранником, вместо того, чтобы бросить эту злополучную коробку стоимостью аж 200 рублей, решил с ней убежать, оттолкнув охранника? Их амнистия не коснется даже в том случае, если они являются беременными пенсионерами, или инвалидами.
А теперь представим себе заключенного, получившего, например, 10 лет лишения свободы. Представим себе, что за эти 10 лет он получил 3 взыскания, 33 поощрения, освоил 5 профессий, а до конца срока ему остается, например, 2 года. Насколько велик риск того, что, освободившись по амнистии, он совершит новое преступление? Ответим честно: этот риск бодренько стремится к нулю. Что проще и эффективнее: прогонять его через «чертово колесо» УДО или же применить к нему прощение от имени государства? Мне кажется, ответ очевиден. Но под декоративную амнистию 2013 года этот человек не попадёт.
А молодой парень, совершивший кражу в возрасте 20 лет, не беременный, не пенсионер по возрасту, и даже не инвалид, но возместивший ущерб, прощённый потерпевшим, но загадочной волей российского правосудия, схлопотавший 2 года лишения свободы? Его ждёт амнистия? Разумеется, нет. Подобный персонаж не просматривается даже на горизонте акта амнистии.
Позволю себе немножечко поспорить с Президентом. Давайте представим себе следующее. Сотрудник полиции, находясь, так сказать, при исполнении, подошёл к группе молодых людей, потребовал от них проследовать в отдел полиции, на их вопрос о причине своего требования, нанес одному из молодых людей удар своей любимой РП – 73. После этого молодые люди набросились на сотрудника полиции и совершили в отношении него ст. 318 УК РФ. Являются ли действия молодых людей преступлением, подпадающим пол действие ст. 318 УК РФ? Является, так как в данном случае неправомерное поведение полицейского не давало оснований применить насилие к самому полицейскому. Но следует ли считать, что в нашем случае не было оснований для того, чтобы к осужденным не могла быть применена амнистия? Особенно, если в приговоре прямо указано, что их действия были вызваны неправомерными действиями потерпевшего? Может быть, я ошибаюсь, но ответ очевиден.
Итак, декоративное не всегда безопасно. Традиционные формулы прошлых амнистий безнадежно устарели. Они, как говорится, ни Богу свечка, ни черту кочерга. Декоративные амнистии опасны тем, что за ними следует разочарование. Радость 2600 важна, но почти не заметна на фоне разочарования тех десятков и сотен тысяч, кто имел право считать: эта амнистия не про кого – то другого. Эта амнистия про нас.
И в завершение. Прихожу в одно СИЗО. «Как, - спрашиваю,- у Вас дела с выводом заключенных в спорт зал?» «Никак,- отвечают, - после сокращения их некому выводить». Прихожу в другое СИЗО. «Как, - спрашиваю,- Вас навещают врачи из Департамента здравоохранения?» «Никак, - отвечают,- после сокращения у нас их некому сопровождать». Приезжаю в одну колонию, где часть высококвалифицированных осужденных работало на предприятии ООО, где неплохо зарабатывали. «Сколько, - спрашиваю, - людей выводите на работы в ООО такое- то?» «Нисколько, - отвечают, - после сокращения некому их выводить».
Сокращено 27 тысяч сотрудников.
Так, может быть, хотя бы 27 тысяч человек должно было освободиться по амнистии?

12 декабря 2013 г.

 
Андрей Бабушкин

Aдрес статьи: http://zagr.org/1451.html

[ ЗАКРЫТЬ ]