Обращение к Президенту РФ о безнравственности «правосудия» в деле Игоря Изместьева

26-11-2010
Президенту Российской Федерации
Медведеву Д.А.



Уважаемый Дмитрий Анатольевич !

Мы крайне встревожены ходом рассмотрения российским правосудием дела бывшего сенатора от Республики Башкирия Игоря Владимировича Изместьева.
И задержание И. Изместьева, и расследование уголовного дела, и его рассмотрение в Мосгорсуде происходит с многочисленными и грубыми нарушениями. Данные нарушения свидетельствуют о том, что право Изместьева на справедливое рассмотрение его дела беспристрастным судом, созданным на основании закона, гарантированное ст. 6 Конвенции прав человека и основных свобод, было многократно нарушено.

Игорь Изместьев прошел путь от студента до предпринимателя, от предпринимателя до сенатора, от сенатора до заключенного. К моменту написания настоящего доклада Изместьев находится под стражей более трех с половиной лет. В нашей стране этот срок - одна семнадцатая часть продолжительности жизни россиянина.
Первая отличительная черта дела Изместьева - невероятная способность предварительного следствия к удивительным фантазиям.
Следствие верит, что в 1993 году Игорь Изместьев возглавил созданную аж в 1991 году банду киллеров во главе с Сергеем Финагиным. И бандиты не просто стали слушаться ранее не знакомого им парня, но и продолжали находиться под его руководством все последующие 5 лет, не получая от него ни заданий, ни денег, ни оружия.
Следствие верит, что в 1993-94 годах Изместьев организовал убийство Р. Гайнанова, чтобы занять место директора нефтеперерабатывающего завода НУНЗ, однако после гибели нефтяника почему- то никаких действий по осуществлению своих планов занять кресло директора завода не осуществлял.
Следствие верит, что в начале 2003 года Изместьев решил убить сына Президента Башкирии М.Г. Рахимова Урала Рахимова, однако летом 2003 года позабыл о своем намерении убить У.Рахимова, принял его в своем московском офисе и по его заданию организовал поджог типографии в г. Златоусте. Осенью Изместьев вновь вспомнил о том, что он хотел убить У. Рахимова и стал тратить на организацию убийства немалые деньги. Но при этом само убийство Изместьев решил организовать таким способом, при осуществлении которого Урал Рахимов погибнуть никак не мог. Убить же У. Рахимова И. Изместьев хотел для того, чтобы тот затем (то есть после смерти) обратился к нему за помощью. Скажем честно, весьма странный способ заставить человека «обратиться за помощью»!
Следствие верит, что помощь слепым детям, храмам, получение государственных и общественных наград, в частности Золотого хронографа от Президента России Изместьев удачно совмещал с организацией убийств, поджогов, взрывов, а то и хулиганством на московских автозаправках.
Вторая отличительная черта этого странного дела - трогательное объединение усилий киллеров и следователей. Сергей Финагин и его правая рука Александр Иванов - основные источники информации, на которой следствие основывало свои выводы. Впрочем, доверие следствия к киллерам не абсолютно. Стоит лишь С. Финагину или Ал. Иванову случайно дать показания, свидетельствующие в пользу Изместьева (например, о загадочной заминированной автомашине, несколько недель простоявшей напротив тщательно охраняемого офиса У. Рахимова с надписью о том, что эта автомашина-де, заминирована, и об отсутствии у Изместьева умысла на взрыв данной автомашины), как следствие таким показаниям верить отказывается.

Третья отличительная черта дела И. Изместьева - творческое изобретение всевозможных ухищренных способов нарушения прав обвиняемого.

То в обвинительном заключении не оказывается показаний потерпевшего Ю.Ю. Бушева и свидетеля С.А. Веремеенко, которые дают показания в пользу Изместьева. По версии следствия Изместьев, только и
делал, что пытался убить Юрия Бушева (3 покушения на Бушева, убийство его гражданской жены Г.И. Перепелкиной якобы за то, что она пыталась помочь Бушеву), а сам Бушев утверждает, что никаких мотивов для его убийство у Изместьева не было, и никакого отношения к этим преступлениям Изместьев не имеет. А кто имеет? Бушев подробно отвечает и на этот вопрос. Однако его простые, ясные и убедительные ответы в многотомное обвинительное заключение не попадают.

То, вдруг выясняется, что в ста с лишним томах уголовного дела лежит несколько секретных бумажек, порожденных в недрах ФСБ, и слушание дела на этом основании становится секретным. А почему бы не засекретить лишь тот час судебного разбирательства, когда будут оглашены эти бумажки? - спрашивает защита. Однако суд никакого вразумительного ответа на данный вопрос не дает.
И здесь возникает новый вопрос: если доказательства виновности Изместьева столь убедительны и достоверны, что на их основании Изместьева можно было долгие годы держать в СИЗО, то чего боятся следствие и суд, ради чего открытый процесс, за которым следят сотни тысяч граждан России, превращается в закрытый? Если запах этих 4 бумажек от ФСБ настолько сильно пропитал все уголовное дело, что по этому запаху публика сможет проникнуть в суровые чекистские тайны, то почему нельзя спрятать эти бумажки в каком - нибудь отдельном томе, и именно исследование этого тома провести в обстановки секретности?
Представим себе ситуацию, когда хулиган хочет набить нам физиономию и в качестве повода для этого изобретательно ссылается, что мы не так на него посмотрели, это неприятно, но не смертельно: на хулигана можно найти управу. Однако, когда целое государство в лице действующего от его имени правосудия вместо того, чтобы открыто назвать причину, по которой процесс стал закрытым (мол, хотя в процессе речь и идет о множестве убийств и человеческих трагедий, Изместьев таким нелепым образом присобачен к этим событиям в качестве организатора, что публика просто может умереть от смеха, слушая фантазии следствия и дружественных ему киллеров), изобретает надуманный повод, то управу на такое государство найти непросто. Здесь уже за управой надо собираться во французский город Страсбург.

То руководителем группы обвинителей в судебном процессе назначается г-жа Ю.Р. Сафина, которая совершенно случайно оказывается дочерью человека, много лет проработавшего с Рахимовым М.Г. и Рахимовым У.М. Теми самыми Рахимовыми, из-за приватизации которыми нефтеперерабатывающего комплекса Башкирии и возник весь сыр-бор, пролилась человеческая кровь, а крайним за все это было решено сделать И. Изместьева.

То вдруг суд, читает постановление Конституционного Суда РФ о проверке конституционности новой редакции статьи УПК РФ. В этой статье УК РФ говорится, что дела по ст. 205 УК РФ (теракт) могут рассматриваться без присяжных. Читает, читает, и хотя Конституционный Суд РФ пишет в этом постановлении, что изменение состава суда по делу, рассмотрение которого уже начато, недопустимо, вычитывает в этом же постановлении, о том, что коллегию присяжных можно распустить и рассмотреть дело новым составом суда - тройкой судей.
Можно ли надеяться, что это не те самые тройки, которые памятны нам по 1937 году? Посмотрим…

Стоит ли в этом случае писать о том, что все 25 томов обвинительного заключения - один сплошной реквием по части 2 статьи 6 УПК РФ, определяющей две цели уголовного правосудия - преследование и наказание виновных наряду с отказом от преследования и освобождение от наказания невиновных…
О каком отказе от преследования невиновного может идти речь, если показания свидетелей, работавших в службе наружного наблюдения ООО «Корус» о том, что они наблюдали за потерпевшим Орловым О.Л. в 1997-98 году превращаются у следствия в «доказательства» того, что в 2000 году Изместьев, оказывается, организовал покушение на убийство Орлова? Как быть с неустранимыми сомнениями в виновности, если следствие на полном серьезе вменяет Изместьеву такой экзотический мотив убийства Орлова, как желание сделать так, чтобы Орлов вернул ему деньги? Если следствие знает способ получить деньги с убитого Орлова после его смерти, то почему этот мистический способ не находит отражения на бескрайних просторах обвинительного заключения?

Те, кто считают Изместьева виновным, вполне могут задать такой вопрос: кому же потребовалось сажать на скамью подсудимых сенатора, а в недавнем прошлом - к тому еще и успешного бизнесмена, весьма не бедного человека? Если он не виновен, то зачем же потребовалось лить всю эту грязь на него? Попробуем ответить на этот вопрос. Убийства и покушения, вмененные Изместьеву, произошли на самом деле. И почти все они были связаны с топливо- энергетическим комплексом Башкирии. Совершенно очевидно, что их заказчиками не мог быть ни киллер С. Фингагин, ни киллер Ал. Иванов, ни охранник Мамонов. Кто же мог быть этой фигурой, стоявшей за злодеяниями? Как мы знаем, материалы перенасыщены доказательствами того, что этим человеком был Урал Рахимов. Именно в отношении него, например, велась проверка по эпизоду убийства В.В. Сперанского. Однако вот чудо: бескровное изъятие предприятий Башкирского ТЭК из рук клана Рахимовых, в которых они оказались в начале 2000-х годов, каким - то образом совпало с предъявлением обвинения в совершении тех самых преступлений, в которых ранее подозревался Урал Рахимов, ни кому иному, как Игорю Изместьеву. Попробуйте сами себе ответить на вопрос, является ли это простым совпадением. По- видимому, Изместьев оказался одной из немногих фигур, который подходил на роль главного злодея вместо тех, кто на самом совершил данные преступления.

В чем уроки дела Изместьева? Таких уроков, по крайней мере, пять:
Во 1-х, дело Изместьева показывает, что какой бы пост человек не занимал, какими бы финансовыми средствами не распоряжался, в нашей стране он все еще не защищен от произвола.
Во 2-, дело Изместьева показывает, что в России отсутствует эффективный механизм проверки показаний лиц, привлеченных к уголовной ответственности за совершение совокупности особо тяжких преступлений, и защиты третьих лиц от своекорыстного оговора со стороны профессиональных преступников.
В 3-х, дело Изместьева показывает, что интересы политической конъюнктуры могут перевесить все доводы права.
В 4-х, дело Изместьева показывает, что в России происходит опасное сужение полномочий тех судебных институтов, которые способны реализовать право обвиняемого на справедливое и публичное рассмотрение дела беспристрастным судом, созданным на основании закона, в частности судом присяжных. При этом создаются такие манипулятивные методы, которые позволяют лишить обвиняемого доступа к суду присяжных.
В 5-х, дело Изместьева доказывает, что складывающаяся в России система правосудия не обладает иммунитетом от влияния со стороны органов исполнительной власти. В то же время она совершенно независима от общественного мнения и позиции гражданского общества. И такая ее независимость основана не на достоверности доказательств, логичности их оценки и убедительности выводов, сделанных правосудием, а исключительно на существовании российского правосудия в некоем параллельном пространстве, защищенном от проникновения в него голоса общественности.

По нашему твердому убеждению на скамье подсудимых оказался невиновный человек.
И мы вправе ждать от суда оправдательного приговора в отношении Изместьева И.В.
Иногда бывает очень трудно назвать черное - черным, а белое - белым. Сегодня этот нравственный выбор стоит не только перед правозащитниками, журналистами, общественными деятелями.
Дело И. Изместьева - испытание того, умеет ли российский суд быть на стороне права, добра и справедливости.
Мы призываем Вас, как высшее должностное лицо страны, обеспечить право Изместьева И.В. на справедливое рассмотрение обвинения в отношении него в совещательной комнате, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, вынесении в отношении Изместьева И.В. справедливого приговора, постановленного в соответствие с предписаниями ч. 2 ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса РФ.
Мы вынуждены констатировать, что, к сожалению, сегодня, право Изместьева на справедливое, объективное, непредвзятое судебное разбирательство, грубейшим образом оказалось нарушенным.

Доводы нашего обращения подтверждаются прилагаемым докладом, основанном на независимом изучении доступных нам и открытых для общественности материалов дела и мониторинга процесса в Московском городском суде.


Председатель Московской Хельсинской группы, член Совета при Президенте РФ по содействию развития институтов гражданского общества и Правам Человека
Л.М. Алексеева

Председатель МОПБО «Комитет за гражданские права», член Общественного Совета при МВД РФ, член общественного совета при начальнике ГУВД г. Москвы, член Экспертного Совета при Уполномоченном по правам человека в РФ, член Президиума Национального Гражданского Комитета по взаимодействию с правоохранительными органами, член Координационного Совета Общероссийского Союза «Гражданское общество - детям России»
А.В. Бабушкин

Председатель РОБО Комитет «Гражданское содействие», член Совета при Президенте РФ по содействию развития институтов гражданского общества и Правам Человека, член Совета Правозащитного Центра «Мемориал»
С.А. Ганнушкина

Исполнительный Директор ООД «За Права Человека»
Л.А. Пономарев



[ НАЗАД ]
Отправить @ другу
  • Комитет
  • Правозащитные мероприятия
  • Публикации
  • Аналитические обзоры
  • Рекомендации круглых столов
  • Пресс-конференции
  • Борьба с пытками
  • Ссылки
  • Вестник Общественного Контроля
  • Российский ВОК #11 -2016
  • Российский ВОК #3 -2013
  • Российский ВОК #2 -2012
  • Российский ВОК #1 -2012
  • Российский Тюремный Журнал
  • #3 -2010 -бытовое обеспечение з/к
  • #2 -2009 -вопросы УДО
  • #1 -2009 -тюремная медицина
  • Общественные инициативы
  • Кодекс этики члена ОНК: Обсуждение
  • Общественная палата Москвы
  • Rambler's Top100 Яндекс цитирования