Дело Акимова. Когда милиционер отвечает?

12-09-2010
Все сомнения в пользу обвиняемого

7 декабря 2007 сотрудники ФСКН, оперуполномоченные Гатауллин, Муружев, Унанян и Володькин задержали Алексея Касцова. После задержания последовал допрос, во время которого Касцов был зверски избит. Правда, по версии Наркоконтроля, травмы были получены Касцовым во время захвата, однако автору материала, как, впрочем, и юристам Комитета «За гражданские права» представляется, что телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, ссадин и синяков на лице, обширной гематомы на спине (наличие данных повреждений было зафиксировано судмедэкспертизой), похожи на результаты допроса третьей степени, больше чем не на повреждения, полученные при задержании.

Сам же Касцов описывал свою первую ночь после задержания так:
«Как только меня задержали, мне показали наркотики в каком то конверте и говорят, парень, - вот эти наркотики ты продал. Ты не хочешь сидеть в тюрьме?
Естественно, Касцов заявил: «не хочу!»
- Ну, ты ж попал! - объяснили ему наркополицаи.

В общем Касцов решил выбрать «меньшее зло» и приступил к сбору затребованной наркоконтролевцами за освобождение от уголовной ответственности суммы, обзванивая и объезжая (под конвоем сотрудников ФСКН) своих друзей и родственников. Данное позорище (извиняюсь, мероприятие, необходимое для борьбы с наркомафией) продолжалось в течение пяти часов, а затем один из родственников Касцова наконец, вызвал милицию. В итоге одна из машин, (в ней сидели сотрудники Наркоконтроля майор Гатауллин и лейтенант Морозов) была задержана бойцами 2-го батальона ОВО УВД. Другой машине, той в которой возили самого Касцова, удалось скрыться с места происшествия. У майора при этом, были изъяты пакет с порошком белого цвета и 700 000 тысяч рублей (неплохая у майора зарплата, вы не находите?). Сам Гатауллин объяснил наличие денег тем, что собирался утром покупать мебель, а само свое присутствие в темном переулке, тем, что «остановился посикать» (автор материала надеется, что в момент задержания ему удалось выполнить свое желание). Интересно, что и деньги и белый порошок в ходе следствия пропали бесследно.

Еще, для полноты картины, стоит отметить, что экспертиза впоследствии не обнаружила на пакетике «изъятом» у Касцова ни отпечатков пальцев Касцова, ни пото-жировых следов Касцова. Власов, один из людей, записанных ФСКНовцами в качестве понятого, заявил на суде, что никогда не присутствовал при изъятии наркотиков, другого «понятого» найти и допросить на суде не удалось, при чем, по словам его родственников, он, на момент «изъятия» наркотиков у Касцова уже не жил в Москве. Судья Тимофеев Николай Леонидович, разбиравший дело, в присутствии родителей Касцова, гособвинителя, адвокатов Гришатова В.Г. и Скулиной К.Г., сотрудников конвоя, секретаря судебного заседания, заявил: «Сотрудников Госнаркоконтроля надо сажать, но это не в моих силах!» И посадил Касцова, дав Алексею пять лет лишения свободы.

В возбуждении уголовного дела на наркоконтролевцев было отказано, поскольку, цитирую этот замечательный документ «Да возможно, в действиях сотрудников Наркоконтроля и есть признаки преступления, но однако этот факт не доказан, а все сомнения трактуются в пользу обвиняемого».

За отсутствием состава преступления

15 декабря 2006 г. Айгуль Махмутова (журналистка, освещавшая «маленький» строительный бизнес главы глава управы Кузьминки Калабекова) была задержана во дворе собственного дома операми 315 УВД ЮВАО Москвы Куликовым, Копцевым и Кожевиным. Махмутова была избита во дворе (кстати, на глазах у достаточного количества свидетелей) доставлена в милиции и снова избита: руками, ногами и томом уголовного кодекса, также имели место раздевание догола ниже пояса и попытка изнасилования, не достигшая результата не по доброй воле Куликова, Копцева и Кожевникова, а по независимым от ним причинам - из-за вмешательства дежурного по отделению. Наличие у Махмутовой «сотрясения головного мозга, черепно-мозговой травмы, ушибов мягких тканей головы и конечностей» было подтверждено документами скорой помощи, забравшей ее из милиции в больницу, а также документами самой ГКБ № 68. В настоящее время Айгуль страдает от последствий черепно-мозговой травмы (потери сознания, повышение давления, падение зрения). Это также подтверждено соответствующими медицинскими документами.

После выхода из ГКБ Махмутова была брошена в СИЗО, а впоследствии осуждена на 3.5 лет колонии поселения за мошенничество и нападение на сотрудников милиции (оказывается, не опера били ее, а она их). Приговор был вынесен, несмотря на то, что практически все предприниматели, якобы бывшие жертвами Айгуль, свидетельствовали на суде, что никаких противоправных поступков в их отношении Махмутова не совершала, и что районная администрация пыталась вынудить их (предпринимателей) дать показания против А. Махмутовой.

В возбуждении уголовных дел против Куликова, Копцева и Кожевина было отказано «за отсутствием состава преступления».

Неизвестные в форме

4 апреля 2008 года сотрудники ОВД «Сокольники» задержали и избили целую группу неформалов. По словам одного из них, Всеволода Остапова, их били при задержании «руками, ногами и электрошоковыми дубинками», а также в отделении «лупили головой об стенку, лупили табуретками, просто лупили». Данные «процессуальные» действия продолжались, пока у Остапова не начался приступ язвы желудка, а у Кирилла Корязина (еще одного из задержанных) - сердечный приступ. Следует отметить, что наличие травм было подтверждено справками как из травмпункта, так и из больницы. Интересно, что кроме сопротивления во время задержания, ни Остапову, ни его товарищам не было инкриминировано ничего ни в уголовном, ни в административном порядке, так что причина, по которой, собственно, произошло задержание, так и осталась неясной.
27 июня 2008 года адвокату Евгению Черноусову удалось добиться возбуждения уголовного дела в отделе СКП по Преображенскому району. Расследование подтвердило, что нарушения имели место, а далее недрогнувшая рука следователя записала, что установить тех сотрудников, которые их совершили, не представляется возможным.
Более того, было возбуждено уголовное дело на Остапова, за то, что это он напал на милиционера Тарасова. Данное нападение, по словам Тарасова, произошло так: «Я отвернулся от Остапова В.А. и стал вызывать по рации подмогу, дежурный мне ответил, что помощь уже следует. В этот момент Остапов брызнул мне в лицо из газового баллончика и нанес удар в пах».
В итоге неустановленные сотрудники милиции остались неустановленными и по сей день. Остапов получил год условно.
Немножко о природе правосудия

Встает вопрос - что сотрудники милиции никогда не несут ответственности за превышение, избиение и прочее? Естественно нет, иногда и несут. Так, младший сержант милиции Сергей Александрович Акимов был 20 июля 2010 года вызван в прокуратуру, обвинен по части 3 статьи 286 УК РФ «Превышение служебных полномочий», арестован и помещен сначала в ИВС, а затем в следственный изолятор подмосковного города Волоколамска (ФБУ ИЗ 50/2). Встает вопрос, что же такого Акимов натворил, что вынудил надзорные органы, обычно стремящиеся спускать подобные дела на тормозах, засунуть себя за решетку?

Ну, так вот, по версии потерпевшего, Сергея Долотова, Акимов в процессе задержания ударил его головой о машину, затем, повалив на землю, избил милицейской дубинкой. Заслуживает наказания? Если было именно так, то вполне. Почему карательная система отреагировала гораздо резче, чем в вышеописанных, гораздо более вопиющих (с чисто субъективной точки зрения автора материала) случаях? Повезло потерпевшему? Рассмотрим материалы дела получше.

В справке, выданной приемным покоем Волоколамской больницы, записано, что у Долотова было «сотрясение головного мозга» и все. Ни синяков, ни ссадин, ни каких либо других телесных повреждений у Сергея Долотова не зафиксировано. Автору материала, как впрочем, и экспертам Комитета «За гражданские права», представляется, что устроить человеку сотрясение мозга, не причинив никаких внешних телесных повреждений, вполне можно. И некоторые правоохранители это, увы, умеют и делают, но вот вышеописанным способом (ударив головой о машину, нанеся серию ударов резиновой дубинкой по голове и спине) такого результата добиться достаточно трудно.

Но это еще не все. Сам Акимов утверждал, что он в ночь с 26 на 27 июня 2010 года нёс службу в составе наряда ППС. На пульт дежурного по ОВД поступило сообщение о массовой драке в районе одного из ночных клубов города. Вместе с нарядом Сергей выехал на место происшествия, где увидел нескольких избитых людей, а именно Кунавина, Трофимова и Александрова. Все они указали на Долотова, как на зачинщика драки. После чего Долотов был задержан, одет в наручники (Долотов пытался сопротивляться задержанию) и препровожден. Следует отметить, что показания Акимова подтверждаются показаниями Кунавина, Трофимова и Александрова. Кроме этого, как раз у Кунавина, Трофимова и Александрова имелись, и были зафиксированы соответствующими органами, травмы достаточно характерные для результатов избиения. А именно, сломанный нос (у Трофимова), ссадины на головах на спинах (от избиения ногами после падения) у всех.

Интересно, что по поводу избиения Кунавина, Трофимова и Александрова было возбуждено уголовное дело, однако следственные действия по нему в настоящее время не проводятся.

Еще более «интересная» история произошла в ИВС г. Волоколамска, в котором Акимов содержался некоторое время после ареста. А именно Акимова навестил руководитель следственного управления при прокуратуре Волоколамского района Н. Д. Берестянский и долго «уговаривал» дать признательные показания. Помимо всего Берестянский сообщил Акимову, что все сотрудники милиции дали показания в пользу Долотова (что не соответствовало истине), а значит «чистосердечное признание» - это единственное, чем Акимов может облегчить свою судьбу. Акимов решил облегчить свою судьбу иным способом и после ухода Берестянского попытался повеситься. К счастью, сотрудники ИВС успели вытащить Акимова из петли.

Ну и напоследок, объяснение всех странностей. Дело в том, что отец Долотова ранее работал начальником МРЭО ГАИ Волоколамска. Правда, в настоящее время Долотов-старший переведен в другой город, на другую, также начальственную, должность, но старые связи, подозреваю, сохранил. Дальнейшие комментарии, думаю излишни.

В общем, милиционеры действительно иногда несут ответственность за применение силы к гражданам. Происходит это в том случае, если общественное положение «пострадавшего» или его ближайших родственников выше общественного положения милиционера (в случае если избиение было заказным, имеет значение еще и статус заказчика). Следует отметить, что данное обстоятельство (разница в общественном положении) имеет гораздо большее значение, чем неправомерность правомерность или правомерность применения силы. Правосудие, это такая вещь, которая, нравиться нам этот факт или нет, имеет четко выраженную классовую природу.
Александр Зимбовский, ИА ИКД


[ НАЗАД ]
Отправить @ другу
  • Комитет
  • Правозащитные мероприятия
  • Публикации
  • Аналитические обзоры
  • Рекомендации круглых столов
  • Пресс-конференции
  • Борьба с пытками
  • Ссылки
  • Вестник Общественного Контроля
  • Российский ВОК #11 -2016
  • Российский ВОК #3 -2013
  • Российский ВОК #2 -2012
  • Российский ВОК #1 -2012
  • Российский Тюремный Журнал
  • #3 -2010 -бытовое обеспечение з/к
  • #2 -2009 -вопросы УДО
  • #1 -2009 -тюремная медицина
  • Общественные инициативы
  • Кодекс этики члена ОНК: Обсуждение
  • Общественная палата Москвы
  • Rambler's Top100 Яндекс цитирования