О странном народе замолвите слово

30-04-2010
О странном народе замолвите слово
«Нет большего предателя, чем народ»
Уинстон Черчиль


Методологии властной правозащиты

Правозащитное движение коммунистической эпохи было, безусловно, более спаянным, идеологически выдержанным, нежели теперешнее. Печатались подпольно, на собственные средства правозащитников, самиздатовские листовки, перепечатывались на пишущих машинках выдержки из «Посева» или знаменитые «Хроники». Более того. Люди имели мужество «выйти на площадь» с плакатами, призывающими советскую власть исполнять собственную Конституцию. Сейчас устроителей несанкционированного митинга, супротив всяческого произвола властей, ожидает, максимум, 15 суток административного ареста (реже бывают и другие случаи о которых - ниже). Каковые могут быть скрашены тем, что про того или иного деятеля, после его счастливого освобождения, напишут в газетах, будут обсуждать в интернет-пространстве обстоятельства его ареста, а возможно (о, это мерзкое счастье) и упомянут, вскользь, на каком-то федеральном телеканале, в новостях. Ну, может быть, ещё, признают узником совести…
Однако, в те «…времена далекие, теперь почти былинные, когда срока огромные брели в этапы длинные» правозащитники отчетливо понимали, что за протест, например, против незаконного ввода советских войск в Чехословакию или Афганистан могли реально и надолго упрятать в тюрьму или психушку. Полагаю не нужно сотрясать воздух наивными вопросами о том, многие ли сегодняшние правозащитные, тем более, политические, бонзы способны взойти на реальную, не бумажно-газетную, плаху?!
Кроме того, самосознание некоторых, современных общественных и политических деятелей перенимает, иногда, те самые приемы и методы власти, которые эти же деятели и критикуют. Например, бывает очень удобна политика двойных стандартов - далеко не каждый правозащитный лидер способен перебороть свои личные ощущения, амбиции и, скажем, пойти защищать в суд, милицию, прокуратуру того, против кого он давно и злостно дружит.
Большевистский принцип - «Кто не с нами, тот против нас», также, не может быть безоговорочно отринут некоторыми братьями-демократами. И исключение из политической организации своего сопартийца, лишь за то, что он вступил в близкую по духу, но ДРУГУЮ партию или же за то, что осмелился иметь своё, отличное от руководителя, мнение, ощущается некоторыми, нынешними политическими функционерами и общественными деятелями, уже, наверное, как некая норма. Учение великого мудрослова и домохозяина всея Руси, Виктора Черномырдина, по-прежнему живо и верно - «У нас какую партию не создавай, все равно КПСС получится»! Для кого-то же из нынешних оппозиционеров, скорее всего, «не впадлу» и старая, русская поговорка - «И нашим и вашим - за копейку спляшем». С той лишь разницей, что сейчас эта копеечка весьма дорога бывает.
Есть и другие стороны медали. По мнению общественников, например, член Объединенного гражданского фронта Греков, отправился в колонию, отбывать срок, после подкинутых ему патронов. Коммунист Рожков, за организацию референдума жителей Туапсе и Туапсинского района, был избит сотрудниками милиции, а затем на него же было сфабриковано дело … о нападении на этих сотрудников! Нацбол Киселев, вышедший на несанкционированный Марш несогласных и повесивший нацбольский флаг на здание Макдоналдс (какой позор?!), был избит ОМОНом, находился в реанимации и в настоящий момент признан инвалидом. При странных обстоятельствах жестоко избили новороссийского правозащитника Вадима Карастылева. Постоянный участник Маршей несогласных, один из лидеров подмосковных нацболов, Юрий Червочкин, два года назад был насмерть забит, насколько известно, УБОПом. Не являясь сторонником вышеуказанных мероприятий и партий, тем не менее, отмечу - с каждым годом, подобных историй в «демократической», совсем некоммунистической, России становится все больше. Избитый речитатив «камо грядеши» здесь, также, будет уместен.
Советское государство и советская идеология, были, при всей моей нелюбви к ним, в этом смысле, все же, более честными. Конечно были политические статьи, концлагеря, психушки, политически-запрещенная деятельность и политические заключенные. Государство есть репрессивный аппарат, и пока оно существует, политические репрессии, в той или иной степени, будут. Скрытые или откровенные, в данном случае, не особо важно. Безо всякой грусти по прошедшим временам, отмечу, все же, что откровенные, это, хотя бы, честнее. Хотя понятно, что подобные аргументы не могут быть оправданием преследований граждан за убеждения, тем более избиения или убийства.
Сейчас политические репрессии формально отсутствуют. Тех, кто, так или иначе, встает на защиту прав «униженных и оскорбленных», репрессируют более «тонко» - как «уголовников». Или напускают на правдолюбцев каких-нибудь налоговиков. А ещё для них уже придуманы размытые «экстремистские» статьи в УК, и большинство из этих граждан, являющихся, как ни странно, тоже правозащитниками, за исключением явных «нациков» и «фашиков», знают, что они в современной России рискуют, подчас, свободой, а то и жизнью. Но некоторые «слуги народные» не гнушаются и старыми, «добрыми» методиками - угрожают, избивают, убивают. Доказать в теперешнем суде причастность властей к этим методам весьма сложно, но, да простит меня читатель за высокий штиль, есть «правилка» более серьёзная - суд истории…
Понятно, что некоторые из публичных лидеров, кому есть что терять, вполне обуржуазились и вряд ли станут рисковать своим благополучием, комфортом, положением. Более, чем очевидно - они не будут заниматься реальной правозащитой. Девиз одного старинного, дворянского рода - «Лучше быть, чем казаться» берется ими на вооружение с точностью до наоборот. Получение грантов или собственный пиар (вдруг, кто подтянет наверх, во власть), для этих субъектов несомненно более важен.

Не грантом единым или - все на продажу

Вот, кстати, о вопросе с грантовыми поступлениями. На мой взгляд, ситуация была, в свое время, весьма тщательно просчитана.
Вначале было слово. Западных грантодателей. Ну, а после того, как стало понятно, что большинство грантодающих фондов, как мне представляется, не очень то и озабочено становлением гражданского общества в России или, хотя бы, оказанием реальной помощи «здесь и сейчас» нуждающимся, а интересует их нечто иное, так вот после этого, количество подаваемых заявок на получение грантов стало возрастать в геометрической прогрессии. А заявляемые и реализуемые темы некоторых грантов не могли не удивлять своей чапаевской пустотой. Подобная правозащитная «халява» не могла не развращать тех, кто не обучался в специальных правозащитных академиях и не имел планомерной поддержки от отечественных бизнесменов и предпринимателей, не говоря уже о поддержке государственных инстанций и институтов.
Кроме того, немало идей, привносимых российскими правозащитниками, как правило, не находили понимания у грантодателей, действовавших по принципу - «Кто платит, тот и заказывает музыку». Многие западные фонды считали более, чем естественным, фактически, навязывать российским правозащитникам свое видение того, как именно следует в России строить гражданское общество. И, если в ряду «конкурсантов» стояли, с одной стороны, заявки на реальную помощь заключенным, (например, создание в каждой камере СИЗО юридических мини-библиотечек) и проведение, скажем, всяких симпозиумов, семинаров, конференций направленных на повышение правосознания заключенных, то чаще побеждали сторонники академической (не полевой) правозащиты.
Не способствовал укреплению нравов, по моему мнению, и тот факт, что получение грантовых средств основывалось (и основывается до сих пор) на конкурсном принципе. То есть российские правозащитные проекты вынуждали выстраиваться в ряд, как на Ленинградском шоссе, а забугорные грантодатели ходили перед строем заявок и осматривали соискателей. Не гнилые ли зубы, не дрожат ли коленки, нет ли у той или иной заявки порочащих её связей? После такого, не очень естественного, на мой взгляд, отбора, нередко, финансирование предоставлялось «идее», весьма далекой от реальной правозащиты. А иногда - и вовсе за её рамками.
Содействовало ли такое, не совсем здоровое, соперничество накоплению раздражения среди правозащитников, а, впоследствии, и разрушению (или, во-всяком случае, - неукреплению) горизонтальных, правозащитных связей? Думаю - более чем. Непонятны, в связи с этим, причины государственной кампании, очередной охоты на ведьм, начатой несколько лет назад, против финансирования западными фондами общественных организаций. Речь велась об этаких пятых, шестых, восьмых колоннах, которые, якобы, могут подрывать устои власти, начавшей вдруг спотыкаться о правозащитные камни. По моему же мнению - не могут современные общественные организации представлять серьёзной угрозы власти. Всегда говорил - узок круг правозащитников, страшно далеки они друг от друга!
А сколько правозащитников встали, чуть ли не с радостью, под знамена политиков и политиканов, различного ранга и мастей? Утешая себя тем, что тот, кому они присягнули на верность «не самый худший вариант» или же надеясь перезимовать очередной, политический «ледниковый период». В каких-то случаях, наоборот - политики, вдруг низвергнутые к подножью политического Олимпа, становились правозащитниками. Все-таки прав был мудрый Шварц, говоря о том, что начиная перевоспитывать дракона, рано или поздно сам станешь этим самым драконом.

О самоцензуре, пассивно-непослушном меньшинстве и высокой, гражданской бессознательности

Из блога питерского правозащитника Геннадия Чернявского (http://gengri.livejournal.com) узнал о том, с каким энтузиазмом россияне обсуждали "расстрельный приказ" №800, якобы, появившийся в недрах МВД. Говорили, что все опрошенные работники этого министерства назвали саму новость бредятиной. Или полным бредом. По части бреда правозащитники не сильны, но дыма без огня не бывает, иначе говоря, - кто-то же заболел первым. Общими усилиями, докопались до сути: “Создание неконституционных фильтрационных пунктов и даже возможность применения оружия против мирных граждан (дословно «ликвидация на месте»), предусмотрено приказом МВД России № 870-ДСП от 10 сентября 2002 года, подписанного Б. Грызловым.” (Информационное Агенство “За права человека”).

Следуя простому принципу криминалистической науки - «Ищи кому выгодно», подумалось - так, может быть, так противодействуют сыну спикера Госдумы Грызлова? Небольшой экскурс в историю питерских избирательных технологий. В первый день марта 2009 года в Питере прошли выборы муниципалов, и одним из кандидатов в депутаты был сын Б.Грызлова. Если вброс старой “новости” был приурочен к выборам, то надо сказать, что начали издалека. Это так далеко, что обычный обыватель может даже не узнать о тонких ходах политтехнологов. А так как эта заваруха началась с выступления Людмилы Алексеевой то, выходит, что именно с ее интервью на Интернет-сайте Ингушетия.ру все и пошло. Да только г-жа Алексеева вспомнила несколько другой документ - приказ МВД РФ №870-дсп от 10.09.2002 г., и приложение к нему №1. Об этом документе правозащитники говорят едва ли не столько, сколько существует этот приказ. А изнывающие от недостатка новостей информагентства тут же разнесли эту “новость”, не потрудившись проверить подаваемый материал.
Но нет худа без добра, страна заговорила о том, что ее никак не интересовало много лет. И милицию опять стали возить мордой по столу. Причем, всю, без разбора, несмотря даже на то, что данный приказ это не документ, принятый на некоем внутримилицейском референдуме (вот было б интересно, если бы таковой состоялся), но плод мысли вполне конкретных людей. Однако, нельзя допустить противостояния между милицией и народом (обществом). Особенно, учитывая то, что милиция тоже часть общества (народа). Тем не менее, не может не удивлять, как удалось этой части общества подмять под себя почти всю страну. Причем не накрыть колпаком, а именно подмять. И делать с ней - страной, что угодно. По некоторым признакам страна все больше начинает напоминать режимное учреждение.
Обсуждение приказа №800 людьми, не знающими предыстории, привело к таким выводам: сошлись на том, что такой приказ возможен, так же как и расстрелы митингов. Разве что расстреливать будут люди не из “нашего района”. То есть, предположим, псковский и питерский ОМОН поедет расстреливать на юг, московский на восток, а на север приедет “южный” ОМОН. Почему с юга? Да просто потому, что они будут мстить за отношение к себе.
Это может показаться преувеличением, если не вспоминать недавнюю историю. В Питере, недалеко от “Большого дома” (здание ФСБ) на Московском проспекте есть памятник - ДОТ, долговременная огневая точка. Злые языки поговаривали, что во время праздничных, массовых демонстраций ДОТ оживал. Но в амбразуре была установлена планка ограничения, не позволяющая поднять ствол пулемета от демонстрантов на уровень трибуны. На всякий случай. «... Народ и партия едины. Но соблюдают паритет.»
Правозащитники отмечают следующий парадокс - заигрывающая с населением власть всегда этого населения боится. Взять, к примеру, Решение №57/2: «Содержание… на проведение силовых мероприятий в целях пресечения массовых беспорядков“, изданное 13 февраля 2004 года начальником Благовещенского ГРОВД, полковником милиции М. Ф. Бикбулатовым. Данное „Решение“ описывает силовые мероприятия по пресечению штурма толпой здания городской администрации с целью „расправы с лицами администрации“ и расписывает, фактически, полноценную войсковую операцию. Пункт 5 Решения предполагает „уничтожение преступников“ штурмовой группой. Необходимо отметить, что это все предусматривается без объявления чрезвычайного положения, без судебного признания преступниками, без уточнения - что считать сопротивлением. Создается впечатление, что таким образом, начальник городского отдела МВД знает за собой право „давать добро“ на расстрел безоружных граждан, вся возможная вина которых заключается лишь в том, что они не разошлись по первому приказу!
Попробуем представить себе ситуацию, когда разгневанная толпа входит в здание администрации. Ура, мы победили. Дальше что?
А дальше у власти есть два пути:
- применить пулеметы, когда отморозки без роду и племени перебьют всех вошедших в здание и таки восстановят “конституционную” справедливость.
- или отступить, выжидая когда гнев улетучится и все придут в себя. Затем переговоры.
Долгие, трудные, компромиссные, даже если придется долго обходится без любимых кабинетов... И это будет правильно, потому что в любых беспорядках всегда виновата власть, которая когда-то, что-то сделала неправильно. Или допустила преступное бездействие. Если власть сильная, она найдет аргументы, убедит, образумит. Слабая власть уйдет. И это тоже будет правильно.
Мой коллега, Геннадий Чернявский полагает, что: «…у них, там, во власти, такие сложные отношения и иерархия, что они себе не принадлежат. И ум часто просто не востребован, от них требуется умение выполнять задания и приказы. Более того, любая самодеятельность (самостоятельность) или, боже упаси, - независимость, караются отлучением, изгнанием. Может только потому это государство еще и держится. Хотя никаких, имхо, объективных показаний к тому нет. Власть, имхо, не глупая. Просто хочет решать все сама. Точнее, не учитывать эту самую обратную связь. Все долго сопротивлялись этому, потом привыкли. Вот теперь власть и решает...»
Когда теория не подтверждается практикой, кто-то начинает сомневаться в правильности своих предположений, другой же - укрепляется в мысли, что все вокруг ему мешают. Вот эти "другие" и вызывают настороженность.
В России обратная связь только в низкочастотных усилителях улучшает наверняка характеристики. Во всех остальных случаях она, как правило, ухудшает самочувствие той или другой стороны. У одной из которых возникает желание употребить пулеметную аргументацию, у другой же появляется желание перемен. Притом, что технологии осуществления этих перемен ни одной, ни другой стороне, как правило, неведомы.
Однако, как сказал один товарищ, - другого народа у меня для вас нет. Да и зачем менять, когда ни во что не верующие верят во что угодно? От примет до коммунизма (надо ли удивляться тому, что в стране поголовного, воинствующего атеизма, очень многие стали, вдруг, истово религиозными?).
Но, ведь, не всегда «народ хочет знать». Нередко он склонен принимать правила игры, навязанные лидером, имеет тенденцию подражать и копировать модель поведения своего лидера. Каков начальник - таковы и подчиненные. И как начальник относится к своим подчиненным, так и подчиненные, в свою очередь, равняются на свое начальство. И нет в этом ничего трагичного - так устроен мир. Некоторые правозащитники, даже не представляют, как могло бы быть иначе. Если бы каждый человек был изначально жестко запрограмированным существом, не подверженным никакому влиянию извне, то тогда можно было бы выкинуть учение Христа, распустить всех учителей, наставников и воспитателей, а педагогику объявить лженаукой. Так что, с народом, по мнению моих коллег, все в порядке. Мне же представляется, что проблема не с народом, но с некой массой, толпой, чаще всего не собирающейся (во-всяком случае - в наше время) идентифицировать себя с такими понятиями как «нация», «народное самосознание», «гражданская ответственность».
Характерным примером извращенного понимания подобных терминов может являться случай в районе Отрадное, Москвы, которому стал свидетелем в прошлом году. Руководитель одной правозащитной организации, проходя мимо стайки мальчишек и девчонок, явно несовершеннолетнего возраста, сидящих в сквере, на спинках скамеек, курящих сигареты и распивающих спиртное, сделал им замечание о некрасивости их поступка вообще и о вреде курения и пристрастия к алкоголю, в частности (многие ли из нас готовы к такому небезразличию, суперактивной, гражданской позиции?). Детишки немного растерялись - чего этому дядьке надо? Шел бы себе дальше. Но тут «нарисовалась» некая гражданка, начавшая обвинять правозащитника в том, что он является маньяком и преследует детей, которые никому не мешают. Подбежавшие к дамочке мужчины, ничтоже сумняшеся, решили, что они джентльмены с высокой, гражданской сознательностью, а правозащитник, стоящий перед ними, обязательно и всенепременно, является тем самым извращенцем, о котором кричала их знакомая. Удостоверение члена Общественного Совета при Министре внутренних дел РФ, показанное правозащитником этим «сознательным» гражданам, не только не возымело действия, но и подтолкнуло этих субъектов, с пролетарско-хулиганским правосознанием, к применению силы в отношении того, с кого они, вообще-то, должны брать ежедневный и ежечасный пример. Ребятня давно убежала, но страсти накалились настолько, что подоспевший наряд милиции не сразу смог определить кто из ху.
Невольно приходит на ум выражение Фазиля Искандера: - «В истории нередко бывали времена, когда коллективную вонь принимали за единство духа.»
Власть далеко не всегда соответствует идеалу продвинутого неофита. И, если бывший Уполномоченный по правам человека Санкт-Петербурга Игорь Михайлов принимает хорошее, нужное решение проинспектировать изоляторы временного содержания, то сделать это так, как поступили бы негосударевы люди, он не всегда может. Вот мнение питерского правозащитника Игоря Карлинского - «…при инспектриовании сим господином ИВС возникает простой и закономерный вопрос, а какого, извини, хрена он поперся в заведомо наименее проблемный ИВС ("Ранее жалоб на ИВС не поступало, да и Московское РУВД считается одним из наиболее благополучных заведений" - цитата из доклада И. Михайлова). Ведь ежу понятно, что недостатки, связанные с архитектурой и недофинансированием - это общие места. Почему он не поехал туда, где люди страдают от ментовского бепредела? Ведь там он нужен куда как больше!».
Однако, не только отдельные представители власти могут забывать обычную, человеческую логику. Законодательное Собрание СПб, демонстрируя, то ли народное волеизъявление, то ли массово-бессознательное, чуть ли не классовое чутье, лишило, несколько месяцев назад, Игоря Михайлова полномочий досрочно, не имея на это никакого права. Отмечая, что далеко не все из того, что делал питерский омбудсман, представлялось нашей организации правильным (чего стоит одно только его заявление о том, что детей можно бить, но не повреждая внутренние органы), подчеркну - справедливость и объективность не могут быть второй свежести, половинчатыми, избирательными. Они как беременность - или есть, или их нет! И цивилизованная, честная власть (прошу прощения за этот оксюморон) не должна пользоваться принципом Бенито Муссолини - «Друзьям все, врагам - закон».
Во всяком случае, российский Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин, также, попытался обратить внимание на незаконность решения питерских парламентариев о прекращении полномочий Игоря Михайлова. Незаконность этого решения, впоследствии, признал и Верховный суд РФ. Да только, наверное, что нам всякие законы и указы? Ведь есть, очевидно, высшая, пролетарская мудрость народа. И этого вполне достаточно. Трижды прав был и Александр Герцен, говоря о "трех непоротых поколениях". Тех россиян, которые, в результате этой эволюции, не будут испытывать ни ужаса, ни трепета перед сильными мира сего, не убоятся проявлять чувство собственного достоинства и требовать от властей (и от себя, что ещё сложнее) соблюдения закона, справедливости, максимального уважения к личности любого человека.
Один милицейский начальник, узнав от своего смежника-тюремного надзирателя (ныне, уже, уволенного), о том, что я участвовал в проверке отделений милиции, не нашел ничего лучше как написать докладную своему начальству. В ней он сообщал о том, что ... правильно - в проверке, мол, принимал участие неоднократно судимый рецидивист Пантелеев. Подтекст сей бумаги был, очевидно, таков - результаты проверки не должны приниматься в расчет. Все по-простому и незатейливо, по рабоче-крестьянски.
Меня, в таких случаях, всегда умиляет иезуитски-лукавая логика таких чиновников. С готовящимися (тем более - состоявшимися) нарушениями, преступлениями, российский агитпроп призывает наших граждан бороться ежедневно, ежечасно, ежеминутно. К проявлению этой гражданской сознательности, по определению призывают любого гражданина. Хромого, косого, судимого, рыжего, несовершеннолетнего et cetera. Но, очевидно, этой сознательности ожидают от граждан лишь в тех случаях, которые угодны и нужны самой власти.

О странном народе замолвите слово

Однако, неправильным было бы критиковать только лишь власть. Не оглядываясь на себя самих. Много ли существует инициатив снизу, претворяемых государством в глобальные социальные или иные проекты? Зато существовала и продолжает здравствовать кампанейщина, внедрявшаяся в сознание советского человека планомерно и прочно. Ату его, он рыжий. Или - в нашем обществе нет места леворуким. Можно и так - геть его, он - гей. У нас всегда виноватым был кто угодно - КПСС, плохая погода и внезапно наступивший отопительный сезон, или наоборот - хорошая погода и невиданно богатый урожай, плохой начальник, злая теща, неверная жена, но только не я сам. Как там у известного правдоруба Игоря Иртеньева?
«...Просыпаюсь с бодуна, денег нету ни хрена.
Отвалилась печень, пересохло в горле,
Похмелиться нечем, документы сперли,
Глаз заплыл, пиджак в пыли, под кроватью брюки.
До чего ж нас довели коммунисты-суки!»

Представляется, что в России такие проблемы как, например, национализм, гомосексуализм и прочие измы, намеренно и неоправданно раздуты. Причем политические купоны, при яростном обсуждении (или тем более - запрете) того или иного вопроса, стригут обе стороны. Как критикующие, так и критикуемые.
Многие ли бы знали о более чем странной «проблеме» калоедства, если бы гражданин Пушков, на третьей телекнопке, не решил, вдруг, пообсуждать эту тему? Посвятив ей целый сюжет в своей постскриптной программе и несколько минут дорогущего эфирного времени. Ну, действительно, так ли уж важно потомкам Пушкина, Достоевского, Чехова, Бродского знать о том, что в России существует некий гражданин Х решивший вдруг «...поесть за собой»? И у этого субъекта появилось, даже, полдесятка последователей? Наверняка, редакторы телеканала ТВЦ смогли бы найти массу другой, более интересной, полезной информации, нежели рекламирование гурманов фекалий. Прошло несколько лет, и об этом «феномене» никто уже и не вспоминает, что подтверждает ничтожность данной темы.
Наверное, не случайно политики играют, подчас, на самых низменных чувствах своего электората, а четвертая власть фрикционит услужливо и тем и другим. Удовлетворение получают все. Электоратное, агрессивно-послушное большинство от того, что не нужно думать и сопереживать, политики и чиновники потому, что электорат, формально, их поддерживает, журналисты же оргазмируются вполне высокими рейтингами. Выражение Уинстона Черчиля, графа Мальборо - «Рассуждать о порнографии - уже порнография» будет уместным и здесь.
Не ностальгирую по прошедшим временам и не являюсь монархистом, но при императрице-матушке и царе-батюшке народ российский, в основной своей массе, наверное, был трудолюбив, набожен (в смысле - духовно развит) толерантен и гуманен. Идеология и уклад жизни совдеповской России, достаточно быстро, воспитали и вырастили особое существо - гомо совьетикус. С тягой к праздности и языческим традициям, параноидальным стремлением к поиску врага, леностью души и тела.
На трассе Санкт-Петербург-Москва периодически встречаю около десятка, профессионально выполненных, плакатов - «Внимание. Впереди аварийно-опасный участок дороги. 5 км.» Это по-русски - зачем дороги ремонтировать, если можно соблюсти, некую, цивилизованную форму - предупредить о том, что данные «направления движения» рассыпаются? Как говорится, в России есть две беды - дураки и дороги. Но есть ещё и третья беда. Дураки, указывающие какой дорогой идти.

Не ходите в суды, если вы там не работаете

Это выражение, с вышеуказанного блога моего питерского знакомого, вспомнил ещё и потому, что психология маленького человека, рядового гражданина в России никоим образом не опирается на какую-то юридическую практику, законодательные традиции. А живет лишь на неких, правовых предощущениях и весьма слабом представлении о законодательстве как таковом, его правоприменительной практике.
Среди питерских судей ходит полушутливая присказка: «Если подсудимый жалуется на суровый приговор, а потерпевшие - на его мягкость, значит приговор справедливый». Некоторые же правозащитники, убеждены - власть, отрицающая свою определяющую роль в сознании народа, просто обречена на то, чтобы вооружаться. Иначе не бывает. Взял на себя ответственность за происходящее - лишился "козла отпущения", лишился права быть "адекватно реагирующим на происходящее", но получил доступ к решению проблем. Признал себя сопротивляющейся жертвой, борющейся с неподконтрольным сознанием - получил назад "козла отпущения", получил выгодную позицию "я здесь ни при чем", но потерял право лидерства.
У менеджера среднего звена (который хочет и власть иметь, и быть, якобы, непричастным ко всему), как уже говорил, есть свои способы борьбы с мирозданием - автомат Калашникова.
Объективности ради, скажу, что у некоторых из них (например у надзирателей тюремных), появляются, в последнее время, признаки некоторой цивилизованности. И «калашу», бейсбольной бите или подметному письму они, в последнее время, начинают предпочитать судебный иск о защите чести и достоинства. Ну, правда, и в зале судебного заседания их тянет помухлевать, но, все же, прогресс налицо.
Встретил в одном их интернет-дневников такое: - «Если бы у меня было несколько жизней, я бы одну из них, может быть, прожил дураком - ради любопытства. Хотя, не уверен… Во всех историях силового воздействия (или угрозы такового) больше всего удивляет легкость, с которой часть населения, - повинуясь любому приказу любого начальника, - готова делать что угодно с другой частью населения…. Вместо того, чтобы пристрелить этого начальника, что бы я, лично, и сделал, услышав такой приказ.»
Можно много рассуждать на эти темы, но ограничусь выражением ещё одного блоггера (прошу прощения за этот термин), которое мне не кажется таким уж бредовым. «Не хотите быть замоченными в сортире? Суйте голову в песок и живите счастливо.»

О вечных ценностях и вечной неучтенке

Кто так умело вбрасывает информацию в правозащитное, например, пространство? Откуда появляются идеи, подхватываемые властью, чуть ли не с удовольствием? И почему, наряду с упомянутыми инициативами, другие, не менее интересные мысли, остаются без внимания властей?
Например. Как могут на одном и том же телеканале, уживаться вместе такие передачи как, скажем, «Гордон-Кихот» и «Фабрика звезд», «Школа злословия» и «Чистосердечное признание», «Камеди-клаб» и «Дом-2»? Ведь политика того или иного канала тщательно выверяется и просчитывается. Но редакторы смотрят на это сквозь пальцы, а потом участвуют в различных ток-шоу или круглых столах и горестно сокрушаются как низко пали нравы. Или, скажем, почему до сих пор, чуть ли не на каждом углу, продаются различнейшие базы данных, от баз ГИБДД, до телефонных справочников? Разве трудно, соотвествующим спецслужбам, отследить цепочку и пресечь в корне этот бизнес, отловить два-три десятка оборотней, торгующих, более чем приватной информацией? Так может быть кому-то нужно, чтобы эти звезды зажигались?
Вот стала разворачиваться очередная пиар-кампания (ох уж эти кампании) против педофилии. Ну, безусловно, с этим злом необходимо бороться. Но при чем тут шаманские заклинания и опубликование данных о тех, кого суд ещё не осудил? Да даже, если и осудил?
Одна из организаций пошла дальше журналистов-телекиллеров - стала публиковать на своем сайте фамилии тех, кто отбывал наказание за растление малолетних. Не могу и не хочу оправдывать тех, кто осужден за подобное. Но почему забывают про закон, желая, очевидно, набрать политических очков перед кем-то? Ведь те о ком сведения такого рода публикуют, уже отбыли наказание, назначенное им судом. А наказывать дважды за одно и то же запрещает Конституция РФ.
Уверен, также, и в другом - общественное порицание таких субъектов возможно только после решения суда, вступившего в силу. Кроме того - суда, которому в обществе доверяют полностью и безоговорочно.
Ведь совершенно очевидно - педофилы были (и, увы, - будут) всегда и везде. Природа человеческая и человеческие пороки сильнее любых условностей, стремлений политиков, желающих дать результат «здесь и сейчас». Можно тысячу раз прокричать - «ату педофилам», но без тщательно выверенной политики, с проработанным комплексом мер, с участием ученых, профессиональных психологов, правоохранителей, честного и независимого суда этот вопрос не решить. Можно вывешивать списки педофилов на сайте (не будучи уверенным в том, что эти списки будут массово востребованы). А можно сделать приватную рассылку всем органам власти, отвечающим за прием того или иного субъекта на работу в детский сад или школу. Таким образом и личная тайна, того или иного субъекта, не будет нарушена, и соблюден принцип невозможности двойного наказания за одно и то же преступление, и на пути всяких нездоровых личностей будет поставлен куда как более эффективный заслон. Как говорит классик - «щательней надо, щательней»!
Или вот интересно, наверное, cледующее. Сколько законов принял тот или иной законодательный орган за определенный отрезок времени? Какое количество из них были явно коррупционными, сколько, исключительно, для набора политических очков, а сколько - принесли реальную пользу обществу? Помечтаю немного - хорошо бы создать некий орган, экспертирующий и контролирующий продукт наших парламентариев. Ведь существуют различнейшие общественные советы при том или ином силовом ведомстве (прокуратуру подразумеваю в самую последнюю очередь). Причем некоторые из них достаточно неплохо работают. Или квалификационные коллегии судей, работающие, в силу своей закрытости, гораздо хуже. Так почему бы не создать некие экспертно-аналитические центры, проверяющие на выходе качество продукции законодателей? Однако, мои мысли вряд ли когда-либо осуществятся.


Комитет помощи заключенным,
Санкт-Петербург

Борис Пантелеев


[ НАЗАД ]
Отправить @ другу
  • Комитет
  • Правозащитные мероприятия
  • Публикации
  • Аналитические обзоры
  • Рекомендации круглых столов
  • Пресс-конференции
  • Борьба с пытками
  • Ссылки
  • Вестник Общественного Контроля
  • Российский ВОК #11 -2016
  • Российский ВОК #3 -2013
  • Российский ВОК #2 -2012
  • Российский ВОК #1 -2012
  • Российский Тюремный Журнал
  • #3 -2010 -бытовое обеспечение з/к
  • #2 -2009 -вопросы УДО
  • #1 -2009 -тюремная медицина
  • Общественные инициативы
  • Кодекс этики члена ОНК: Обсуждение
  • Общественная палата Москвы
  • Rambler's Top100 Яндекс цитирования