«Тебя в ПНИ, квартиру нам», или о гуманизации психиатрической помощи

25-08-2018
Все для блага человека
Известно, что когда наши власти собираются учинить что либо для блага человека - проблем не оберёшься. Такая уж у них природа. В итоге заботы о пенсионерах превратились в отобрание пенсии. Заботы о защите детей от жестокого обращения - в криминальные изъятия для усыновления, шантаж родителей (в политических и экономических целях) и работорговлю.
Сейчас власти решили позаботиться о лицах, страдающих психическими расстройствами. Уменьшили срок содержания в психиатрическом стационаре до одного месяца. Вроде гуманно. Да. Только вот есть нюансы. Итак, об этих нюансах расскажут Эдуард Рудык (правозащитник, член правления Комитета за гражданские права) и Дмитрий Федоров (научный сотрудник, знакомый одной из жертв новой психиатрической тенденции).

Лечить дорого, изолировать дёшево
Э.Р. У нас сейчас сокращают финансирование медицины. Москве осталось только 3 больницы, а это ведь 15-ти, а фактически, 20-миллионный город. Сократили срок лечения.
А.З. Правильно я понимаю, что вроде как в гуманных целях?
Э.Р. А на самом деле людей, которым необходимо длительное лечение, отправляют в интернат. За 30 дней часто нельзя вылечить больного, есть больные, которые нуждаются в лечении три месяца и более. Больных, которых нельзя быстро вылечить, отправляют в психоневрологический интернат (ПНИ). Государству вместо того, чтобы лечить больного человека, проще отвести его в интернат и пусть он там заканчивает свои дни. Экономия на больных людях.
А.З. А какие условия проживания в интернате?
Э.Р. Режим в плане выхода на свободу одинаков и в психиатрической больнице и в интернате. Это закрытые учреждения и там и там. В интернате вообще-то должны быть созданы более мягкие, санаторные условия, так как там люди не в остром возбуждении. Когда в интернате возникает возбуждение и человек становится опасен, его отправляют в больницу. Потому что в интернате не лечат, в интернате живут. А потом из психбольницы обратно в интернат. Но поскольку интернатами стали бывшие психбольницы, то условия там фактически такие же.
Стали интернатами одна из крупнейших и неплохих больниц - московская городская психиатрическая больница номер 15, московская загородная психиатрическая больница номер 10; московская психиатрическая больница номер 14 сейчас стала филиалом московской городской клинической больницы номер 1 имени Алексеева. Это уже перевалочный пункт, туда отправляют больных для признания недееспособными и отправления в дом-интернат. Пожилые люди, причём, психически больные люди, в массовом порядке отправляются в эти интернаты, зачастую без согласия родственников.

Прав меньше, чем у собаки
А.З. А зачем лишать дееспособности?
Э.Р. При лишении дееспособности человек за себя не отвечает. Не требуется его согласия фактически. За него всё будет решать опекун. Недееспособный человек - это человек, у которого прав меньше, чем у собаки. Собаку статья о жестоком обращении с животными защищает, а статьи о жестоком обращении с недееспособными нет.
По вышедшему недавно Кодексу административного судопроизводства решение о госпитализации пациента может быть принято в его отсутствие, в том случае, если его состояние здоровья не позволяет присутствовать на суде. А решать вопрос, позволяет ли состояние здоровья находиться в суде, будет та же врачебная комиссия, которая выходит в суд с ходатайством о лечении в недобровольном порядке.
То есть, убил пять человек - имеешь право знакомиться со своими документами, пользоваться адвокатом, а несчастная бабушка, у которой отбирают жильё, не имеет права присутствовать на собственном суде, смотреть документы. Её отправят в больницу, где сначала лишат дееспособности (для этого нужно ещё одно судебное заседание), а потом отберут квартиру.
А.З. И кто занимается отъёмом жилья?
Э.Р. Занимаются органы опеки и попечительства.
А.З. И насколько это массовая практика?
Э.Р. Становится массовой практикой сейчас. Например, интернат номер 34 рассчитан на 900 человек. Очень часто это делается в московской городской клинической больнице номер 1 имени Алексеева. Там находятся пожилые люди, их берут в 14-ю больницу, как в перевалочный пункт, и переводят затем в 15-й интернат.
Было более 30 обращений в Комитет за гражданские права. Очень многим людям помочь нельзя - они лишены дееспособности. Помещение в ПНИ пожизненное. Случаи выписки очень редки. Судебные решения были по документам вынесены в их присутствии, но сами они отрицают, что присутствовали на суде.
А.З. Как именно отнимают жильё?
Э.Р. Опекунами таких людей, зачастую в обход родственников, становятся органы опеки. Опекун может распоряжаться имуществом недееспособного человека. Отчуждать его он может по согласию с органами опеки и попечительства, но в этом случае именно органы опеки и попечительства являются опекуном. То есть органам опеки нужно самим у себя спросить согласие и все.
Когда человек поступает в интернат, жильё продают якобы в его интересах. Якобы какая то сумма идёт ему. Либо человека убеждают расприватизировать квартиру. Затем снимают с регистрации. Квартира уходит в госфонд, а далее, при посредстве кого-нибудь из органов местного самоуправления, квартиру уже используют. Либо человека просто мотивируют продать квартиру, угрожая при отказе положить в «дурку».

Проблема, которая затронула очень многих одиноких пожилых людей
Меня на этот круглый стол привела ситуация с одной моей хорошей знакомой, - рассказывает Дмитрий Федоров (научный сотрудник). - Её зовут Илевская Нина Михайловна. Ей 71 год. Она, действительно, психически больна с молодых лет. Однако, в перерывах между лечениями в психиатрических учреждениях, она была вполне в состоянии себя обслуживать. Она поддерживала хорошие отношения с соседями, ухаживала за двумя кошками. Однако неожиданно врачи заявляют, что она одна жить не может. За её спиной было проведено судебное заседание, её поместили в ПНИ № 34. И вот она там сейчас находится. Условия там ужасные. Я видел несколько психиатрических больниц, в этом интернате все гораздо хуже, и по внешнему виду, и по отношению персонала, и по свидетельству этой женщины.
Когда она несколько месяцев находилась в 14-й больнице для хроников, её близкие люди спрашивали у лечащего врача, когда её отпустят. Им говорили, что рано. Когда говорили, что боимся каких-то злоупотреблений с её квартирой, зав.отделением цинично ответила, что «вы можете беспокоится, ваше право». Как я понимаю, на тот момент уже было проведено судебное заседание. Подпись с неё получили, пользуясь тем, что она не поняла куда её привезли, сказали, что везут на обследование, и она не взяла с собой очки, а у неё плюс 7.
Потом, когда я обратился в независимую психиатрическую ассоциацию, мне рассказали, что это проблема, которая затронула очень многих одиноких пожилых людей, страдающих психическими расстройствами.
Шаловливые ручки нашей власти наделены даром, которым обладают руки царя Мидаса, но противоположной направленности. Превращают всё, к чему прикоснутся, но только не в золото, а в полное дерьмо. Не пора ли вырвать с корнем эти поганые ручки?

(Видеосъемка круглого стола о проблемах соблюдения прав человека в сфере психиатрии, проведенного в «Комитете за гражданские права»).

Александр Зимбовский


[ НАЗАД ]
Отправить @ другу
  • Комитет
  • Правозащитные мероприятия
  • Публикации
  • Аналитические обзоры
  • Рекомендации круглых столов
  • Пресс-конференции
  • Борьба с пытками
  • Ссылки
  • Вестник Общественного Контроля
  • Российский ВОК #11 -2016
  • Российский ВОК #3 -2013
  • Российский ВОК #2 -2012
  • Российский ВОК #1 -2012
  • Российский Тюремный Журнал
  • #3 -2010 -бытовое обеспечение з/к
  • #2 -2009 -вопросы УДО
  • #1 -2009 -тюремная медицина
  • Общественные инициативы
  • Кодекс этики члена ОНК: Обсуждение
  • Общественная палата Москвы
  • Rambler's Top100 Яндекс цитирования